Уильям Перкинс.

Христианское и понятное рассуждение о способе и порядке предопределения и о широте Божественной благодати

Обвинение четвертое

{Четвертое обвинение заключается в том, что} мы [якобы] учим, что очень большая часть рода человеческого лишена Христа и всей спасающей благодати.

Ответ первый

Во-первых, отвечу так. То, что некоторые лишены Христа, могло бы показаться жестоким, если бы они нигде и никогда не получали спасительной благодати. Но все и каждый получили праведность и блаженство в Адаме, вместе с возможностью пребывать в той же праведности и жизни, если бы только они хотели. Но Адам не захотел и по собственной воле отверг благодать, дарованную ему Творцом. С учетом утраты [благодати], удивительно, что осуждению не подверглись все [люди] без исключения. И потому никому не следует роптать, если благодать Христова одному будет дарована заново, а другому — не будет.

Во-вторых, мы с готовностью признаём, что Христос умер за всех, о чём говорит и Писание. Но мы категорически отрицаем, что Он умер за всех и каждого в равной степени по отношению к Богу, то есть что [Его смерть] со стороны Бога была в равной степени действенной и для осужденных, и для избранных. Для начала давайте рассмотрим слова Христа: «Я никогда не знал вас; отойдите от Меня, делающие беззаконие» (Мф. 7.23). Для Бога «знать» значит «признавать [Своим]»; и потому тех, кого Христос никогда не знал, Он никогда не признавал за Своих. А тех, кого Он никогда не признавал, Он никогда не выкупал и не искупал ценой Своей крови. То же говорит и Григорий [Великий]: «Для Бога "не знать" означает "отвергать"»^[1]. Опять же, если действенно искуплены все и каждый, то все и каждый примирены с Богом, потому что прощение грехов и удовлетворение за них неразрывно связаны друг с другом. Сам [апостол] Павел связывает искупление в прощение греха, когда говорит: «...в Котором мы имеем искупление кровию Его, прощение грехов» (Еф. 1.7, Кол. 1.14). [Также и] Проспер говорил: «Для обновления людей недостаточно только того, что Иисус Христос родился как человек, а требуется, чтобы люди возродились в том самом Духе, от Которого Он был рожден; точно так же для искупления людей недостаточно того, что Господь Христос был распят, но требуется, чтобы люди умерли и погреблись вместе с Ним в крещении»^[2]. Из сего я делаю следующее заключение: не все примиряются с Богом, и не все получают прощение грехов; ибо тогда все люди были блаженны (Пс. 31.1). Но также невозможно, чтобы [все] люди погибли, ибо сказать так обо всех и каждом было бы очень жестоко.

В-третьих, Христос отдал Себя, чтобы освятить Себе «народ особенный» (Тит. 2.14), то есть избранный среди прочих, как драгоценное сокровище, принадлежащее ему. Потому целью Христа не было отдать Себя во искупление всех и каждого.

В-четвертых, всем тем, кому предназначено искупление, Богом дано усыновление через Христа. Но усыновление, то есть принятие [в качестве чад Божиих], даже Богом подается не всем и каждому (Ин. 1.12). Ибо возможность усыновления, благодаря которой человек из чада гнева превращается в чадо Божие, дана только тем, кто верует во Христа и принимает Его. [Как говорит] Августин, «ведь и те суть чада Божии, кто, не принадлежа еще к нам, христианам, уже принадлежат Богу... Им предстояло стать едиными, уверовав благодаря проповеди Евангелия, и однако еще прежде чем это произошло, уже были они чадами Божиими, будучи с непоколебимой твердостью записаны в памятную книгу Отца своего. И напротив, есть некие, кого мы называем чадами Божиими из-за благодати, воспринятой ими как бы на время, но не таковы они для Бога»^[3].

В-пятых, с точки зрения Бога, никто не искуплен по-настоящему, кроме тех, кто освобожден от как от осуждения за грех, так и от владычества греха. В этом согласны древние {отцы}. Августин [говорит]: Августин говорит: «Бог через того Посредника... показал, что тех, кого Он искупил Его кровью, Он сделает из злых навеки добрыми»^[4]. И еще: «Тот Единородный Сын пришел искупить грехи, которыми мы были опутаны, поскольку из-за преграды их Он не мог усыновить нас; Он искупил нас, кого Он решил сделать братьями для Себя, и сделал сонаследниками» ^[5]. И еще: «Христос не хочет совладения, но один хочет обладать тем, что Он приобрел. Он так много заплатил за то, чтобы быть единственным владельцем»^[6]. Исихий^[7] [говорит]: «Христос, пострадавший за нас, освободил нас от греха и рабства ему»^[8]. Ремигий^[9] [добавляет]: «Ты — примиритель, и Ты же примирение; блаженны те, кого Ты примирил [с Богом]»^[10]. Из сего следует, что нельзя сказать, чтобы все и каждый были искуплены от греха в отношении вышеупомянутых двух возможностей [— осуждения и владычества]. Ибо хотя со с позиции Бога они, [то есть все люди без разбора], освобождаются от осуждения; но они [всё равно] не получают такой благодати, чтобы грех больше не царствовал в них. Потому Христос для них — искупитель лишь наполовину^[11], то есть вообще не искупитель. Наконец, обратим внимание на древних [отцов]. Амвросий^[12] [говорит]: «Если ты не веришь, Христос пришел не к тебе, не ради тебя пострадал»^[13]. Августин [говорит]: «Всякий рожденный — осужден; никто освобожден, кроме того, кто возрожден»^[14]. И еще: «Хорошо сказано: "Я помилую того, кого помилую, и окажу милосердие тому, кому окажу милосердие" (Рим. 9.15). Ведь если весь мир пребывает в рабстве, весь мир пребывает в грехе, весь мир справедливейшим образом определен к наказанию, но частично люди освобождаются по милосердию, то кто может сказать Богу: "Почему Ты осуждаешь мир?"»^[15]. И еще: «Тот, Кто искупил нас столь великой ценой, не хочет, чтобы погибли те, кого Он искупил. Он искупил не тех, кого хочет погубить, а тех, кого хочет оживотворить... Он искупил нас великой ценой» ^[16]. И еще: «Чья это милость, как не Его, пославшего Иисуса Христа в мир спасти грешников, которых Он и предузнал, и предопределил, и призвал, и оправдал, и прославил? (ср. Рим. 8.29-30)»^[17]. Бернард [говорит]: «Ни в чем из этого Христос не нуждался; это все было не для Него самого, но это все было ради избранных. "Устыдятся Сына Моего" (Мф. 24. 22), — говорит Отец милосердия. Истинно так, Господи, устыдятся Его. Но кто? Ясно, что не иудеи, к которым Он был послан, а избранные, ради которых Он был послан»^[18].. Гаймон [говорит]: «Как одним человеком ко всем прочим пришли смерть и грех, так по праведности одного Человека, а именно Христа, ко всем людям, избранным и предопределенным к жизни вечной, пришла благодать ко оправданию жизни»^[19]. И далее: «Он разрешил избранных не только от первородного греха, но и от личных грехов; потому избранным споспешествует благодать и дар, подаваемый благодатью»^[20]. Аквинат говорит: «Заслуга Христа в смысле достаточности одинаково распространяется на всех, но в смысле действенности это не так — отчасти по причине свободного решения, отчасти по причине Божественного избрания, которым одним людям по милосердию предоставляется действенность заслуг Христа, а для других людей по справедливому суду она остается недоступной»^[21].

Возражение 1

{Против этого можно возразить следующее:} Писание утверждает, что Христос искупил {весь} мир.

Ответ

{На это отвечу}, что слово «мир» в апостольских Писаниях не означает всех людей от Адама, но подразумевает все народы в этом последнем веке мира. «Бог, — говорит Павел, — во Христе примирил с Собою мир» (2 Кор. 15.19). Что же это за мир? Конечно, это не все люди всех времен, но народы, которые будут призваны после Вознесения Христа. Павел подробно разъясняет свою мысль в Послании к Римлянам: «Если же их падение — богатство миру, и их умаление — богатство язычникам, то тем более полнота их. Ибо если отвержение их (то есть, иудеев) — примирение мира, то что будет принятие, как не жизнь из мертвых?» (Рим. 11.12,15). В этих словах он совершенно ясно утверждает, что примирение мира — это примирение всех народов после отвержения иудеев.

Отсюда совершенно ясно, что подобные слова, которые многие считают обоснованием всеобщего искупления всех людей, следует понимать как относящиеся к призванию людей [Богом] из всех племен и народов после смерти Христа. Здесь также приведем ответ Августина; он часто называет саму Церковь словом «мир», как, например, здесь: «"Если бы вы были от мира, — сказал Он, — то мир любил бы свое" (Ин. 15:19). Он говорит это, разумеется, обращаясь ко всей Церкви, хотя и ее Он часто также называет именем «мир», — как, например, здесь: "Бог во Христе примирил с Собою мир" (2 Кор. 5:19); точно так же и тут: "Сын Человеческий пришел не для того, чтобы судить мир, но чтобы мир был спасен через Него» (Ин. З: 17). И Иоанн в своем Послании говорит: "Мы имеем Ходатая пред Отцом, Иисуса Христа, Праведника: Он есть умилостивление за грехи наши, и не только за наши, но и за грехи всего мира" (1 Ин. 2:1-2). Поэтому и весь мир — это Церковь, и весь мир ненавидит Церковь. Итак, мир ненавидит мир, мир враждебный — мир примеренный, мир осужденный — мир спасенный, мир нечестивый — мир очищенный. Но тот мир, который Бог во Христе примиряет с Собой, который спасается через Христа и которому через Христа прощается всякий грех, был избран из другого мира — враждебного, осужденного и оскверненного» ^[22]. Роберт [говорит]: «Мир, который Бог возлюбил, понимается как человеческий род, то есть живые и мертвые: мертвые, которые издревле с верой ожидали {Его пришествия}; живые, как из иудеев, так и из язычников, которые должны были уверовать в Него. Ибо Он говорит, без различия между язычником и иудеем, что все, верующие в Него, не погибнут, но будут иметь жизнь вечную [ср. Ин. 3.16]»^[23]. [Таким образом], обычно [под словом] «мир» понимают избранных в мире.

Возражение 2

Апостол Павел говорит, что Бог «хочет, чтобы все люди спаслись и достигли познания истины» (1 Тим. 2.4).

Ответ

{Во-первых}, отвечу, что здесь следует понимать не все потомство Адама, но лишь людей, [живущих] в последнем веке мира. Это подтверждается сравнением [нескольких] схожих отрывков [Писания], в которых Павел подробно разъясняет свою мысль. «И времени сего неведения Бог не внимал, но ныне увещевает всех людей повсюду покаяться»^[24] (Деян. 17.30). «...По откровению тайны, которая была сокрыта от начала мира, ныне же открыта {и возвещена} для послушания веры всем народам»^[25] (Рим. 16.25-26). «...Тайну, сокрытую от веков и родов, ныне же открытую святым Его, которым благоволил Бог дать познать Христа; Которого мы проповедуем, вразумляя и научая всякого человека, чтобы представить всякого человека совершенным во Христе Иисусе»^[26] (Кол. 1:27). {А во Втором послании к Коринфянам, глава 6-я стих 2-й, он объясняет то} место из Исаии, {где сказано}: «Во время благоприятное Я услышал Тебя, и в день спасения помог Тебе; и Я буду охранять Тебя, и сделаю Тебя заветом народа, чтобы восстановить землю, сказать узникам: "Выходите"»^[27]. Во [Втором] Послании к Коринфянам [это место] толкуется так: «Вот, — говорит [Павел], теперь время благоприятное (то есть, время спасения)»^[28]. И {апостол} Петр {говорит}: «Спасение, готовое открыться в последнее время, к которому относились изыскания и исследования пророков, которые предсказывали о назначенной вам благодати»^[29] (1 Пет. 1.5,10).

И Христос наиболее ясно говорит: «когда Я вознесен буду {от земли}, всех привлеку к Себе» (Ин. 12.32). {Потому} соглашусь, что Бог желает, чтобы все спаслись, но не соглашусь, что Бог желает и всегда желал, чтобы были спасены все [люди] всех времен: этого не говорит и Павел. А среди древних {писателей} те, кто, казалось бы, утверждает это, делают это в основном с осторожностью, используя такие выражения, как: «Веровать в это разумно и благочестиво»^[30]; «я полагаю, что не будет нечестием веровать в это»^[31]; «рассудительно и благочестиво будет веровать в это»^[32].

Во-вторых, отвечу, что [когда] Бог хочет, чтобы все спаслись, то Он имеет в виду тех, кто действительно спасается. Августин говорит: «Августин говорит: «Как в другом месте, где сказано: "Во Христе все оживут" (1 Кор. 15:22), хотя весьма многие будут наказаны вечной смертью, это сказано так потому, что все, кто получат вечную жизнь, получат ее во Христе, — так и когда говорится: "Бог хочет, чтобы все люди спаслись"(1 Тим. 2:4), хотя в отношении столь многих Он не хочет, чтобы они спаслись, это сказано так потому, что все, кто спасутся, спасутся лишь по Его воле»^[33]. И еще: «Когда мы читаем в Священном Писании, что Бог хочет, чтобы все люди спаслись (1 Тим. 2:4), хотя мы точно знаем, что не все люди спасаются, это не означает, что мы должны умалить всемогущую волю Божию. Но написанное: "Который хочет, чтобы все люди спаслись", следует понимать в том смысле, как если бы говорилось, что ни один человек не спасается, кроме тех, кого Сам Бог пожелает спасти, а не так, что нет ни одного человека, кого Он не хотел бы спасти»^[34].

[И] Гаймон {говорит}: «Бог "хочет, чтобы все люди спаслись"(1 Тим. 2:4). Следует спросить: почему же тогда не все люди спасаются? На это надлежит ответить: поскольку истинно сказанное в псалме: "Он сказал — и сделалось" (Пс. 32.9), то, соответственно, Бог хочет спасти всех тех людей, которые спасаются и которые по Его милосердию стремятся быть спасенными. Апостол сказал здесь о части, как о целом; так же точно и в Евангелии Господь говорит: «Если Я вознесен буду от земли, всё привлеку к Себе» (Ин. 12.32). Ведь Он привлек или привлекает к Себе не всех людей, но всё избранное, то есть всех избранных из всех родов и племен»^[35].

В-третьих, я отвечу, что Бог желает спасения не всех людей, а всяких людей, то есть [некоторых людей] из всех {сословий или} состояний. Августин говорит: «Сказано, что Бог "хочет, чтобы все люди спаслись" (1 Тим. 2:4), не в том смысле, что нет ни одного человека, которого не хотел бы спасти Тот, Кто не захотел совершить чудеса и знамения у тех людей, о которых Он сказал, что они покаялись бы, если бы Он это совершил (ср. Мф. 11:21). Но мы должны понимать выражение «все люди» в смысле «всякий род людей», разделенных каким угодно различиями: цари или подданные, знатные или незнатные, высокие или низкие, ученые или неученые, сильные телом или немощные, скорые или медленные умом, то есть глупые, богатые, бедные или среднего достатка, мужчины или женщины, младенцы или дети, отроки или юноши, взрослые люди или старики, люди всех языков, нравов, ремесел, призваний, в бесчисленном разнообразии устроения воли и сознания, — различающиеся любыми качествами, какие только есть у людей»^[36].

Истинно и справедливо говорит он об этом, ибо слово «все» часто используется в значении «по одному всякого рода», и тогда оно означает не только вообще всех, но и [представителей] всякой отдельной [категории]. Чтобы это выразить, Павел соединяет слово «ἕκαστον» [каждый] со словом «πάντων» [всех]^[37]. Оно [(то есть слово «всех»)] также часто берется в собирательном значении, и тогда оно обозначает не каждого по отдельности, а всякую категорию, как, например, когда Христос говорит, что исцелил всякую болезнь (Мф. 9.35), то есть любую болезнь. Двойственное значение этого слова замечал и Аристотель. Он говорит, что слово «все» двусмысленно, поскольку оно может употребляться как в смысле «каждый в отдельности», так и в смысле «не каждый в отдельности», то есть все вместе; поэтому очевидно, что слово «все» в рассуждениях может вести к ложному умозаключению^[38]. {Того же мнения придерживается и святой} Иероним: : «Подобное можно встретить в псалме...: "Всякий человек ложь" (Пс. 115.2)... Если каждый человек лжив, то лжив и тот, кто это говорит. А если говорящий это лжив, то его слова не истины, а значит, неправда, что всякий человек ложь. Но если это высказывание истинно, то слова "всякий человек ложь" следует понимать в том смысле, о котором мы говорили ранее, то есть, что большая часть людей — лжецы. И апостол Павел пишет в другом месте: «Вразумляя всякого человека», и еще: «Наставляя всякого человека» (Кол. 1.28). Это не значит, что он научил всех людей, ведь сколько даже в наши дни есть таких людей, которые не слышали ни учения апостола, ни даже его имени? Речь здесь о том, что Павел учит и наставляет всех, находящихся в Церкви»^[39]. {Также и} Седулий^[40] {говорит}: «[Слова] "многие" и "все" у [апостола] Павла означают одно и то же»^[41].

В-четвертых, в этом месте {апостол} Павел рассуждает с точки зрения христианской любви, а не с точки зрения сокровенного и непогрешимого знания. То же самое можно видеть, когда Павел называет верных в нескольких общинах «избранными», хотя многие из них потом отпали от веры. Однако апостол не заблуждается, ибо одно дело говорить, как он видит сердцем, и другое дело — рассуждать о том, как есть на самом деле. Августин {говорит}: «Не зная, кто относится к числу предопределенных, а кто не относится, мы должны быть так влекомы движением любви, чтобы всем желать спасения» ^[42]. И еще: «Поэтому, что касается нас, тех, кто неспособны отличить предопределенных от не предопределенных, и кому вследствие этого надлежит желать спасения всем, — мы должны применять строгий упрек в качестве лекарства ко всем, чтобы они не погибли или не погубили других»^[43].

Отсюда становится понятно, что нужно думать о мнении [Иоанна] Дамаскина^[44]. Он различает волю Божию на предваряющую и ответную^[45]. Предваряющей волей он называет ту, которой Бог, как высшее благо, желает для творения всех благ и самого блаженства; такой волей Бог хочет, чтобы все люди были спасены и достигли Его Царства. Дамаскин утверждает, что, Бог, будучи благим, создал нас не для наказания, а для того, чтобы сделать нас причастниками Своей благости. Ответная воля Божия — это та, которой Он, в зависимости от определенных обстоятельств творения, в абсолютном смысле желает того или иного: и этой волей Бог, будучи правосуден, хочет, чтобы человек, согрешив, был осужден. Действительно, такое различие воли само по себе можно предположить, однако то, что говорит о предшествующей [конкретно] Дамаскин, не вполне верно. Полагаю, что такой воли, или, как говорят, желания (βελίτης) в Боге нет, ибо Он неопределенно или обусловлено желает, чтобы все вообще люди всех времён спаслись. Во-первых, это утверждение подразумевает в желающем ограниченность возможностей и бессилие. Если кто-то искренне желает и хочет чего-то, он добьется этого, если только не встретит препятствий. Например, купец решительно желает сохранить свои товары, но, будучи застигнут бурей, он, чтобы спасти себя, [вопреки собственному желанию] решает выбросить их в море. Более того, такой вид воли может подразумевать бессилие, ибо [в этом случае] Бог желает того, чему не суждено случиться. Вы скажете, что эта воля носит обусловленный характер, то есть что Бог хочет, чтобы люди были спасены, при условии, что они уверуют.

Я отвечу, [во-первых], что [если] воля Бога изначально является неопределенной и обусловленной, покуда условия не выполнятся, то первопричина [оказывается] обусловлена вторичными причинами. [Такой подход] приписывает людям свободу выбора — веровать или не веровать, что предполагает — по благодати или по природе — возможность выбора в обе стороны. А это заблуждение, как я покажу позднее, поскольку такая воля — скорее человеческая, чем божественная. Послушайте, что говорит Ансельм^[46]: «Учителя и наставники понимают выражение «воля Бога» в четырех смыслах: во-первых, как знание Бога; во-вторых, как волю святых, которые по любви желают спасения неправедных; в-третьих, как человеческий природный разум; в-четвертых, как Божественные заповеди»^[47].

Во-вторых, [понятие] обусловленной воля кажется ненужным, особенно в Боге, Который обладает бесконечной силой, ибо если бы Он действительно хотел, то обязательно исполнил бы желаемое и ничто бы Ему не помешало.

В-третьих, даже по отношению к ангелам нет такой воли Божией, чтобы Он желал спасти их всех: следовательно, можно справедливо спросить, существует ли такая воля Божия по отношению к человеку.

В-четвертых, если Бог хочет, чтобы были спасены все люди без исключения, тогда также Он должен желать, чтобы все грешники без исключения были осуждены на вечные муки, что абсурдно.

В-пятых, воля, которой невозможно противиться, абсолютна; но первой или предваряющей воле Божией невозможно противостоять (Рим. 9.19). Здесь Павел говорит о воле, предваряющей все [прочие] причины. Следовательно, предваряющая воля абсолютна, [а не обусловлена]. И еще: воля Бога такова, что некоторые веруют и бывают способны устоять в вере, тогда как другие остаются в неверии или же не могу устоять в вере. Спрашиваете, откуда я это знаю? Отвечу, что из [окружающей] действительности. Ибо по факту одни веруют, а другие нет. Вера и пребывание [в ней] — это добро; напротив, неверие или невозможность пребыть [в вере] — зло. И всякое добро — это то, чего Бог действенно желает. И поскольку оно существует как добро, [это значит, что] Бог его желает, и в этом своем желании Бог дает ему быть. Зло, которое происходит при невмешательстве Бога, происходит потому, что Бог не хочет ему препятствовать, в результате чего оно и совершается. Потому верно, что Бог даже в безусловном смысле желает, чтобы одни уверовали и до конца оставались верующими, а другие — нет. Однако причину того, почему Он этого хочет, привести невозможно, ведь это [Его] желание как абсолютно, так и первична. Следовательно, так называемая универсальная воля, которая желает спасения всех и каждого во Христе, — это измышление.

В-шестых, основание данного мнения — указанный выше отрывок Павла [1 Тим. 2.4]: но я уже показал, что он истолкован неверно. Этот отрывок не подразумевает никакой обусловленной воли, но лишь абсолютную. В нём сначала утверждается, что Бог хочет, чтобы все спаслись; затем, чтобы все пришли к познанию истины, то есть к вере, ибо мы постигаем истину через веру в слово Божие. Где же вы видите, чтобы это условие веры [исполнялось]?

Наконец, Дамаскин противоречит Августину: когда пелагиане^[48] настаивали на словах «Бог хочет, чтобы все спаслись», Августин отвечал [им] двояко. Во-первых, он отрицал, что речь идет о всех людях вообще, с таким аргументом: то, чего Бог хочет, Он совершает; но всеобщего спасения людей Бог не совершает, значит, Он этого не хочет. Во-вторых, он объяснял, что эти слова [апостола Павла] надо понимать в отношении тех, кто действительно спасается, в том смысле, что все, кто спасается, спасаются по воле Бога^[49]: Я также могу привести возражение Проспера, который говорит: : «Если о воле Божией нужно утверждать, будто она состоит в том, что вообще весь в целом человеческий род должен быть спасен и призван к познанию истины, и потому эта воля действует во все века без всякого различия таким образом, что оказывается не пропускающей нигде и никогда никого из людей, — в таком случае наносится удар непостижимой высоте судов Божиих»^[50]. И еще: «Мы не можем сказать, что призвание благодати присутствует там, где пока еще вовсе нет возрождения, предлагаемого Матерью Церковью»^[51]. И еще: «Бог запретил апостолам проповедовать Евангелие некоторым народам; Он и ныне допускает, чтобы некоторые язычники проживали вне Его благодати.»^[52]. Я могу привести и возражение Фомы: «Бог любит всех людей, как и вообще все творение — постольку, поскольку желает всему некое определенное благо; но Он, тем не менее, не желает всем и каждому всяческого блага. Следовательно, постольку, поскольку Бог не желает некоторым того блага, которое есть жизнь вечная, то о них говорится как о ненавидимых или отвергнутых Богом»^[53].

Наконец, приведу в качестве возражения [слова] Гуго Сен-Викторского^[54]: «Согласно Амвросию Медиоланскому, Бог хочет, чтобы все люди спаслись, если они сами этого захотят. Но разве не многие хотели бы спастись, однако не бывают спасены?.. Иногда отвечают так: Бог всем предлагает благодать, по которой они могут спастись, если сами захотят. Но каким же образом это решение может быть истинным? Ведь есть и было много таких людей, которые даже никогда не слышали слова проповеди»^[55].

Возражение 3

Каждый обязан веровать — это верное [утверждение]. Но если каждый обязан веровать, что он воистину искуплен через Христа, то очевидно, что даже каждый отвергнутый [человек] был воистину искуплен смертью Христа.

Ответ

[Во-первых], следует различать отдельные части этого утверждения. То, что каждый обязан веровать, — это верное [утверждение в отношении] намерения Бога, который предписывает обязательство; но это не всегда истинно [в отношении] результата. Иона проповедовал, что «еще сорок дней и Ниневия будет разрушена» [Ионы 3.4] и, следовательно, должен был веровать [этому]; однако это не сбылось. Следует различать и намерение [c которым Бог дает повеление]. На каждого в Церкви, по повелению Бога («веруйте в Евангелие» [Мк. 1.15]) возложена обязанность веровать, что он искуплен через Христа. Она возложена как на избранных, так и на нечестивых, ходя [в отношении последних] причина иная. Избранному предписано веровать, чтобы через веру стать участником избрания; отверженному же [предписано веровать], чтобы через [нарушение предписания и] неверие [его осуждение] стало бесспорным, как и сказано в Писании.

Иногда Бог дает повеление не для того, чтобы его исполнить, но для испытания людей, чтобы они подчинились ему [лишь] внешним образом и, будучи уличены в своей природной неверности, лишились оправдания за свои грехи перед Богом на последнем суде.

Я различаю два типа Божественных повелений: [первое — это] повеления послушания, [исполнения] которых Бог желает от всех: к таковым относится нравственный закон. [Второе — это] повеления испытания, как повеление об Исааке^[56], когда Бог желал не самого действия, но только проявления послушания. Потому нельзя говорить, что Бог обманывает людей, если через [Свое] слово Он призывает тех, кого не желает спасти: таким образом, Он показывает им богатства Своей благодати и учит, что они гибнут по собственной вине, поскольку отказываются принять предложенное спасение.

Кто-то скажет, что они не могли иначе. Я согласен с этим [утверждением], однако эта неспособность проистекала из их воли и была присуща им самим, а не ниспослана им Богом, и потому она не может служить оправданием. Как справедливо сказал святой Бернард, «от Законодателя не было сокрыто, что тяжесть закона превышает человеческие силы, но Он посчитал полезным тем самым убедить людей в их немощи... Итак, повелевая невозможное, Господь не сделал нас преступниками, но сделал смиренными, чтобы умолкли всякие уста»^[57]. То же говорит и Августин в [трактате] «О благодати и свободном решении»^[58].

Во-вторых, отвечу, что всякий человек находится под обязанностью веровать в истину, если только он сам не положил себе преграду неверия, как делают нечестивые из-за своей природной неверности.

В-третьих, повторю, что [мой] аргумент применим в обоих частях утверждения. Ведь [действительно], любой [человек] обязан веровать, что он искуплен через Христа. Следовательно, я говорю правду.

Возражение 4

Отцы Церкви утверждают, что Христос искупил всех и весь мир.

Ответ

Когда они пишут, что Христос искупил всех и весь мир, это следует понимать в том смысле, что жертва [Христа] была достаточна для искупления всего человечестве, естество которого Христос восприял. Но она не была действенной для каждого человека. Об том же учил Проспер: «Итак, поскольку Господь воистину воспринял одну природу всех людей и одно положение всех людей, то правильно говорится, что все люди были искуплены. Однако же не все люди избавлены от пленения, так как обладание искуплением, без всякого сомнения, есть только у тех людей, от которых был отогнан князь этого мира... Смерть Христа вменена человеческому роду не так, чтобы к Его искуплению относились даже те люди, которые не должны быть возрождены»^[59]. И еще: «По причине истинного восприятия человеческой природы и по причине общей погибели всех людей в первом человеке вполне справедливо говорится, что Спаситель был распят ради искупления всего мира, однако также можно сказать, что Он был распят только ради тех, кому Его смерть принесла пользу»^[60].

Далее отцы говорят об универсальном спасении и мире верующих. Так пишет и автор трактата о призыве [всех] народов^[61]: «Народ Божий имеет свою полноту»^[62] и так далее.

Таково значение действенности и всеохватности смерти Христа: что же касается благодати, то отвечу, что ее виды бывают различны. Во-первых, благодать бывает сдерживающая и обновляющая. Сдерживающая благодать не уменьшает и не устраняет врожденное зло сердца, но обуздывает его — в одних больше, в других меньше, — чтобы оно не вырывалось наружу. Она дана человеку лишь для свидетельства и поддержания порядка в человеческом обществе: и эта благодать универсальна, то есть предназначена для всех людей, в которых Бог в большей или меньшей степени обуздывает природную порочность.

Обновляющая или христианская благодать, как ее обычно называют древние {писатели}, дарована человеку как в отношении воли, так и в отношении возможности для того, чтобы он мог веровать и приносить покаяние. Она универсальна по отношению к верующим, но не ограничена по отношению ко всем и каждому вообще. Так мы учим и так веруем.

Во-вторых, благодать бывает естественной и сверхъестественной. Августин учит, что есть благодать, свойственная природе^[63]. Естественная благодать — это та, которая дана человеку вместе с природой и присутствует как в неповрежденной, так и в поврежденной природе. В неповрежденной природе — как образ Божий или праведность, данная Адаму при сотворении. Эта благодать была универсальной для всех, поскольку все были в Адаме; и то добро, которое он получил, он получил для себя и для потомков. Благодать, присутствующая в поврежденной природе — это естественное просвещение (о котором пишет Иоанн: «Свет истинный, Который просвещает всякого человека, приходящего в мир» [Ин. 1.9]) и всякий природный дар. Эти дары необходимы природе в рамках порядка, установленного Богом. Сверхъестественная благодать не свойственна природе, особенно поврежденной, но дается по особой милости, и потому является особенной. Это учение древних [отцов]. Августин говорит: «Природа для всех общая, а благодать — нет»^[64],то есть он признаёт два вида благодати: общую природную, по которой мы созданы людьми, и христианскую, по которой мы заново рождаемся во Христе.

Также [Августин] утверждает, что некоторые, не веруя во Христа, не грешат; однако это было бы нечестиво и ложно, если бы благодать носила столь же общий характер, как и природа. Рассмотрим его слова: «То, что Он добавил и сказал: "а теперь не имеют извинения в грехе своем" (Ин. 15. 22), может привести в смущение и породить вопрос о том, имеют ли те, к кому не пришел Христос и с кем Он не говорил, оправдание за свой грех... На эти вопросы я в меру своих способностей отвечу... что они имеют оправдание не всех своих грехов, но того греха, что не уверовали во Христа, ибо Он не пришел к ним и не говорил им. Но в число таковых людей не входят те, к кому Он пришел в лице учеников Своих и кому говорил через учеников Своих, что и теперь Он продолжает делать. Ведь Он через Церковь Свою пришел к язычникам... Остается узнать, могут ли иметь это оправдание те, кто прежде того, как Христос пришел в лице Церкви к язычникам, и прежде того, как они услышали Его Евангелие, были застигнуты смертью. Конечно же, могут, но не могут на этом основании избежать наказания, ибо "те, которые не имея закона согрешили, вне закона и погибнут" (Рим. 2. 12)»^[65].

Августин также утверждает: «Только благодать отличает искупленных от погибших, поскольку общее состояние, связанное с происхождением, превратило всех в одну смесь, подлежащую погибели»^[66].

Златоуст^[67] [говорит]: «Благодать Божия приходит к каждому, но пребывает только с теми, кто должным образом использует то, что в их власти; тех же, кто поступает недостойно, она вскоре оставляет; к тем же, кто даже не стремится обратиться к Господу, она вообще не приходит»^[68].

Григорий [Великий говорит]: «Язычество не сохранило никакого поклонения Божеству, не явило никакого признака доброго дела, так что было как пустыня. Среди них не было законодателя, никто разумно не искал Бога, словно бы они не были людьми, но дикими зверями»^[69].

И далее: «Однако с пришествием Спасителя оно приняло призвание к благодати, хотя прежде в нем не было силы пророчества»^[70].

[Петр Дивиначелло говорит]^[71]: «Порой, когда учителя молчат, их места занимают бесы, ибо из-за молчания пастырей погибают только те, кто не предопределены к вечной жизни. Ведь они принадлежат бесам, поскольку по предведению Божию они не предназначены стать обителью Божией. Потому о проповеди учителей сказано: "Уверовали все, которые были предуставлены к вечной жизни" (Деян. 13.48). Отсюда и у Павла говорится: "Кого Он предопределил, тех и призвал" (Рим. 8.30). Так, апостолы, желая отправиться в Аcи́ю, были удержаны Духом Святым. Следовательно, те, кто не предопределены, слушают ли слова учителей или не слушают, не могут быть призваны в Божественную обитель»^[72].

И далее: «Иногда учителя молчат по воле Божией, чтобы в их молчании те, кто не принадлежат Господу, могли быть взяты злыми духами»^[73].

Беда говорит: «Бог оставляет тех, кого не признаёт Своими, и обращается к сердцам тех, кого Он предопределил к вечной жизни, чтобы, посетив и озарив, обратить сердца их» ^[74].

Анастасий^[75] [говорит] говорит, что Церковь в прежнем состоянии заблуждения «не видела от рождения, была без глаз и слепа»^[76]; и Бог ее не видел. И еще: «Все прочие веры, которые есть в мире, мертвы; они — матери^[77] народов и племен, которые также мертвы, поскольку у них нет Того, Кто говорит: "Я есмь жизнь"; они не рождают вновь и не оживляют своих детей и народы через утробу воды и Духа, но остаются бесплодными, лишенными источника жизни, не имеющими живой воды, текущей в жизнь вечную. Поэтому только Христова Церковь называется жизнью и матерью всех живущих»^[78].

Гуго Сен-Викторский [говорит]: «Если бы у некоторых из тех, кто существовал до пришествия Христа, не было иных грехов, они не были бы осуждены только за то, что не имели веры во Христа, поскольку в этом отношении у них было бы оправдание»^[79]. И далее: «Задумайся, [душа], сколько людей, которые лучше тебе, оказались отвергнуты, не сумев достигнуть той благодати, которая дана тебе. Ты, несомненно, слышала, что от начала времен и до сегодняшнего дня прошло множество поколений людей, которые все, не имея познания Бога и цены искупления, погрузились в вечную погибель. Из всех них Искупитель и Любящий тебя предпочел тебя, поскольку именно тебе даровал благодать, которой никто из них не был удостоен. И что скажешь? Почему, как ты думаешь, ты была предпочтена им всем? Разве ты сильнее? Разве ты мудрее? Разве ты благороднее? Разве ты богаче всех их? Чем ты заслужила получить эту особую благодать, которой они все были лишены? Сколь много сильных, сколь много мудрых, сколь много знатных, сколь много богатых было среди них, но все они погибли, оставленные и отвергнутые. Ты одна была избрана среди них всех; и если ты ищешь, почему это произошло именно с тобой, то не сможешь найти иной причины, кроме безмездной любви твоего Спасителя»^[80].

---